В честь 195-летия города-курорта Геленджик мы вспоминаем имена тех людей – первопоселенцев Геленджика, благодаря которым создавался этот прекрасный город. Все материалы мы собираем у потомков первопоселенцев, рассказывая уникальные истории из первых рук. И эта аутентичная эксклюзивная информация может быть смело использована преподавателями при подготовке уроков истории и краеведения, а также для самостоятельного изучения. Итак, продолжаем цикл статей проекта «Геленджик. Первопоселенцы» – при поддержке Гранта Губернатора Кубани.
Новый – 1907 год – в Геленджике
Из писем Василия Книжника мы узнаем, как первопоселенцы Геленджика переживали в те времена местные зимы. Конкретных записей о зимах в Геленджике именно начала ХХ века очень мало. Ведь систематические метеорологические наблюдения здесь начали вести значительно позже. И тем ценнее уникальное описание в письме Василия Книжника, как первопоселенцы Геленджика встречали на Михайловском Перевале 1907 год. Судите сами: «Новый год /1907/ встречали у Вас. Собрались почти все перевальцы; тогда они еще не были разрознены теми ссорами, что завелись у них в последствии, жили дружно. Характерным было полное отсутствие на праздниках спиртных напитков, хотя в Геленджике натуральное виноградное вино продавалось по 30 копеек бутылка
На фото: зарисовка - «Вид на Геленджик-Калэ с моря на восток» русского живописца Никанора Григорьевича Чернецова (1804–1879); конечно, это не зимний пейзаж, но старинная черно-белая графика может помочь читателю представить, каким белым был Геленджик в зимнюю пору в те времена
Накануне Нового года пошел снег и шел, не переставая двое суток, навалило его толщиною почти в метр. При этом в снежном небе сверкали молнии и гром грохотал во всю. После этого температура понизилась до –16°. В продувных перевальских домах, а в Вашем в особенности, было холодно. Спасало только обилие дров. Просидел я тогда у Вас целую неделю, т.к. по шоссе ни прохода, ни проезда не было. Таскали мы тогда с Иваном Петровичем бревна из снега и пилили их под террасой Вашего дома. У меня в сарае было тоже здорово холодно. Бывало, с вечера натопишь так, что жарко сидеть перед печкой, а к утру в умывальнике вода замерзает».
Геленджикская харчевня Горбуна
В начале ХХ столетия в Геленджике люди часто проводили свободное время в трактирах и питейных заведениях, что скрывать, они были самым популярным местом отдыха. У таких заведений была своя «лестница»: одни считались попроще, другие – попрестижнее, и ходили туда разные посетители. Особенно быстро число таких мест росло в Екатеринодаре и, как раз вдоль, Черноморского побережья.
В трактирах не только кормили и поили – они становились настоящими центрами городской жизни. Тут встречались с друзьями, договаривались о делах, справляли праздники. Но у властей и жителей к этим заведениям было немало претензий: там нередко царила грязь, процветали разные пороки и преступность. К тому же хозяева порой грубо обращались с гостями и старались обмануть, чтобы побольше заработать и это тоже неотъемлемая часть истории.
На фото: картина, на которой изображено типичное российское питейное заведение тех времен, художник Маковский Владимир Егорович
Вот о какой истории в своем письме рассказывает В. Книжник: «Выпавший снег прекратил работы по корчевке и перекопке, артель в бараке под дубами у Вас сидела без дела. Бездорожье и харчи подтянуло к концу. Помню такой случай. Артель послала в Геленджик Кирилла Ивановича купить продуктов. Возвратился он через несколько дней, топчется около барака, а войти не решается. Оказалось, что деньги он пропил и пришел без ничего. Можно было думать, что за такое дело ему шею своротят. Но нет, – ругать его ругали, но руки никто не поднял. Каждый знал и за собой такую слабость. И понимал, что устоять против соблазна, когда попадешь в Геленджик в харчевню Горбуна, трудно. А Горбун высасывал из них все до копейки. Много человечности было у этих так называемых «бурлаков», хорошие они были люди, никто никогда на них не жаловался. Теперь этот тип исчез совершенно. Называть их босяками на Перевале было не принято».
Глупая шалость от безделья и ее последствия
История не может быть идеальной. В ней нет хороших и плохих, и задача исследователей быть максимально объективными, что зачастую очень сложно осуществлять в мире стереотипов и бесконечных правил, которые устанавливают люди. Но помнить важно всегда одно, что история – это прежде всего жизнь наших предков, живая, настоящая, со своими взлетами и падениями. Читая этот отрывок из письма В. Книжника, вы сможете прочувствовать весь спектр неоднозначной жизни первопоселенцев Геленджика в то время: «Прошло после снежного Нового года около месяца. Пришёл я однажды на Перевал и застал у Вас всех в большой тревоге. Мне сказали, что была полиция, что арестовали и увели общинников и Варвару Николаевну. Незадолго перед тем общинники сделали налет на Береговское сельское правление, взяли там небольшую сумму денег и несколько десятков паспортных бланков. Это была глупая шалость от безделья и только.
Паспортные бланки при нужде не так уж трудно было купить, а денег взято было всего тридцать с чем-то рублей. «Добычу» эту общинники всунули в дупло тут же перед их избушкой.
Утром, прибыв из Геленджика, полиция окружила избушку и сразу же в дупле все нашла. У общинников в ту ночь ночевал парень из Джанхота, называли его, кажется, Лукой. Увидев стражников, он бросился бежать. Его подстрелили. Насколько тяжела была рана и каковы ее последствия – не помню. Знаю только, что Луку все тогда очень жалели.
После общинников полиция сделал обыск в Вашем доме и нашла в кладовке несколько стоп писчей бумаги 7-й номер и гектограф. Варвара Николаевна сказала, что не знает откуда это появилось в ее кладовке. Как хозяйку дома ее арестовали. Оказалось, что бумага и гектограф были привезены и положены в кладовку без ведома Варвары Николаевны Н.
Говорят, что береговцы при следствии не признали в общинниках тех, кто грабил их правление. Без суда, в административном порядке, общинников сослали тогда на 4 года в Якутскую область. Варвару Николаевну выслали на родину. Дальнейшее Вам известно лучше, чем мне.
Впоследствии после ссылки Образцов жил в Архипо-Осиповке и в 20-м году умер там от сыпного тифа. Ольшанский жил на Джанхоте. Жена его акушерка, маленькая, очень симпатичная, всем на Перевале нравилась. В 27 году мальчик его помогал мне обвязывать окулировки (окулировка, или «прививка глазком» – это способ «подружить» два растения, чтобы одно взяло от другого нужные качества – Прим. ред.) на общественном питомнике, такой скромный был, дисциплинированный».
Малоизвестные факты об общине «Криница»
Любопытные факты Василий Книжник описывает в своих письмах об известной общине «Криница», которая появилась в 1886 году неподалёку от Геленджика – в районе, где река Пшада впадает в море. Её создали интеллигенты‑народники: они хотели жить трудом на земле и построить особый, справедливый уклад жизни. Хотя эти люди не считали себя учениками Льва Толстого, их взгляды и повседневные правила во многом совпадали с толстовскими идеями. Вот, что он пишет; «В ту же первую зиму моей жизни на Перевале я узнал о существовании Криницы, настоящей общины, как ее называли. Ездил туда, познакомился с ее основателями – Зотом Семеновичем Сычуговым и Натальей Николаевной Кочан.
В зимнее время людей тогда в Кринице было мало, не в пример тому, что потом мне приходилось видеть у них летом. Криница в то время насчитывала уже свыше двадцати лет своего существования. И, несмотря на такой срок и богатые природные условия, не видно было ни обжитости, ни хорошо поставленного хозяйства. В долине тогда еще из кирпича построек не было, все находилось на верхней части их участка. В доме, где они жили, было серо, неуютно, холодно. Этот Зот Семенович сидел у себя в комнате одетый в поддевку, разговаривал вяло, апатично. Так же серо, неуютно было в столовой. Питанием у них заправляла тогда, как и в течение всей своей жизни, жена Сычугова Анна Алексеевна – безответная, неутомимая труженица, дел ей хватало: работают – не работают, а за стол сядут, летом за него садилось до ста человек. Скотный двор был полуразрушенный, занавоженный, кормов было мало. Весенние нехватки кормов для скота были в Кринице постоянным явлением.
Жили криничане чужим иждивением, средствами их кормильца инженера Еропкина и кредитами банка, потом они стали распродавать под дачи верхнюю часть своих земельных угодий. Должно быть, они считали свою дорогу хорошей, свой образ жизни правильный, но живой-то жизни у них и не было.
Их культурного влияния на окружающее население отрицать нельзя, но оно было бы во сто крат больше, если бы они жили настоящей живой энергичной жизнью. Не раз в трудные минуты, когда приходилось искать пристанища, я подумывал о Кринице, однажды уже даже начал переговоры, – но, зная характер ее жизни, не мог на это решиться».
На фото: один из основателей общины «Криница» Зот Сычугов
Возвращение на Перевал
Василий Книжник пишет в своем письме: «Весной 1907 г. друзья помогли мне получить место заведующего делами вольнослушателей в Канцелярии Юрьевского университета, и я уехал с Перевала. В Юрьеве у меня была цель сдать экзамен на аттестат зрелости и поступить на юридический факультет. Условия для этого складывались там благоприятно. Но мог все испробовать и туберкулез, который у меня начинался, климат там для него подходящий. Да и сидячая канцелярская работа могла этому содействовать, а поначалу, пока я привел в порядок полученные дела, было ее много. Канцелярщину я никогда не любил, и когда она порядком надоела, потянуло на Кавказ. Я считал, что, занимаясь там физическим трудом, смогу лучше совмещать с ним свою учебу, чем с канцелярщиной. На деле получилось иначе, но Кавказ все же взял перевес. Списавшись предварительно с Ярцевыми, я в январе 1908 года оставил службу в университете, приехал к ним и сразу стал на глинистом бугре сзади их дома бить плантаж для виноградинка (плантаж – глубокая вспашка или перекопка почвы с перемещением почвенных слоёв, применяемая обычно при закладке виноградников и плодовых садов – Прим. ред.). Место для виноградника там было неподходящее, но плантаж я все же сделал».
На фото: первопоселенец Геленджика Василий Книжник
Продолжение.
Автор Ирина Титовская
В статье использовано письма Василия Петровича Книжника Татьяне Геннадьевне Кропоткиной-Николаевской от 6 марта 1959 г. до 21 мая 1959 г. из архива историко-краеведческого музея.
Если вы потомки геленджикских первопоселенцев, давайте вместе оживим историю Геленджика!