Они уходили с родины не от бедности и не от слабости. Они уходили, потому что жить на родной земле под чужой властью – это медленно умирать. Понтийские греки, дети Трапезунда, носители древнего языка христианского вероисповедания, снимались с насиженных мест целыми семьями и отправлялись через Чёрное море – туда, где за водой, по слухам, лежит страна единоверцев, которая примет и даст землю.
В честь 195-летия города-курорта Геленджик мы вспоминаем имена тех людей – первопоселенцев Геленджика, благодаря которым создавался этот прекрасный город. Все материалы мы собираем у потомков первопоселенцев, рассказывая уникальные истории из первых рук. И эта аутентичная эксклюзивная информация может быть смело использована преподавателями при подготовке уроков истории и краеведения, а также для самостоятельного изучения. Итак, продолжаем цикл статей проекта «Геленджик. Первопоселенцы» – при поддержке Гранта Губернатора Кубани.
Путь понтийских греков в Российскую империю

Греческие поселения на Черноморском побережье стали возникать во второй половине XIX века, однако греки жили в этих краях и раньше – задолго до массовой миграции. Ещё в середине XIX века источники упоминают греческие общины, обитавшие в горах Северо-Западного Кавказа бок о бок с черкесами, – по-видимому, потомки тех, кто осел здесь ещё в более ранние времена. Основная же волна переселения пришлась на 1860-е годы. Подавляющее большинство переселенцев – выходцы из Османской империи, где христианское население жило в условиях религиозного и социального гнёта. Неравенство, бесправие и постоянное давление мусульманских властей заставили тысячи греческих семей покинуть родные места и искать новую родину на кавказском берегу.
Россия приняла переселенцев – но не сразу и не ласково. Путь греков шёл через Аджарию, город Батуми. Люди болели малярией, многие не выживали. Но они двигались дальше – на корабле, вдоль берега, мимо незнакомых скал и лесов, пока не увидели Цемесскую бухту. Новороссийск лежал перед ними – голый, ветреный, каменистый. А на противоположном берегу, за водой, темнел лес. Густой, высокий, с диким виноградом в кронах и ручьями, что сбегали с гор. Именно туда на подводах греческих переселенцев направили к разрушенному Кабардинскому укреплению.
Род греков Дмитриевых
Греки-переселенцы из Понта (южное побережье Чёрного моря) прибыли в Кабардинку около 1865 года – примерно 60 семей, около 300 человек. Греки мужчины получали освобождение от воинской повинности.
Занимались греки выжигом древесного угля и доставкой его в Новороссийск, разведением мелкого рогатого скота, птицы, свиней, работали с камнем и деревом. Боялись набега турок, а потому не строились у самой воды, а уходили вглубь, в предгорья, где лес укрывал и от ветра, и от чужих глаз. Селились в северо-восточной части Кабардинки, в районе современной 7-й школы. Граница села проходила по улице Геленджикской. Рубили первые землянки. Корчевали пни. Жгли костры и слушали, как ночью шумит море, которое было близко. Так заново рождалась Кабардинка.

Первый представитель рода Дмитриевых, родившийся в Кабардинке, – Иван Афанасьевич Дмитриев (1871 г. р.). Его родители Афанасий и Елена приехали уже женатыми. Иван Афанасьевич был женат на Марфе Константиновне Попандопуло – из рода священников. Он рано умер (около 1907–1908 гг.). Хорошо играл на дудке.
В 1922–1923 годах около трети греческого населения Кабардинки выехало в Грецию. Выходцы из Кабардинки основали два селения в Северной Греции – Аммохори (это деревня в Греции, расположенная в региональной единице Флорина (Западная Македония) и Аргируполи (район города Драмы). Марфа Константиновна Попандопуло с детьми уехала, а Афанасий Иванович остался – по совету тестя Андрея Полихроновича Андреева. Брата и сестру он увидел спустя 45 лет, в 1967 году.
Фото из семейного архива Дмитриевых
Греческое образование
Греки отличались своим стремлением к образованию. В греческих селениях при первой же возможности обязательно строилась школа. Первое общественное здание в Кабардинке – храм Святого Пантелеимона, построен в 1872 году. С 1910 года богослужение в храме переведено на русский язык из-за появления смешанного населения. В селе действовало министерское двухклассное училище; церковно-приходской школы не было. Образовательный уровень был минимальный, учили читать и писать.
Кубанские власти оценивали греческие школы в целом одобрительно – и по уровню организации, и по качеству преподавания. Единственное, что вызывало недовольство, – язык обучения. Занятия шли исключительно на греческом, и начальство это раздражало: материальная база в порядке, нравственный уровень высок, «только очень жаль, что обучение производится на одном греческом диалекте, тогда как местные условия вовсе этого не требуют».
За этим недовольством стояла понятная логика. Если дети греков росли в языковой изоляции, они отдалялись от русского населения – культурно и экономически. А это противоречило курсу правительства, рассчитывавшего, что переселенцы быстро и естественно вольются в местную среду и станут активными участниками освоения Кубани и Черноморья. Греческая школа, по мысли властей, должна была не отгораживать от новой родины, а открывать путь к ней.
Однако, греческий язык в Кабардинке оставался основным языком бытового общения вплоть до Великой Отечественной войны. Даже русские соседи (например, семья Калашниковых) говорили по-гречески. Многие дети села не греческой национальности по-русски не говорили до подросткового возраста.
Род греков Атмачёвых
Среди первопоселенцев Кабардинки, рядом с семьями Андреевых, Кузьминых, Дмитриевых, была и семья Атмач – выходцы из окрестностей Трабзона, того самого Трапезунда, откуда тянулась на Кавказ вся греческая волна переселения. После Крымской войны 1853–1856 годов люди двинулись на северо-западный берег Кавказа, и к 1867–1868 годам в Кабардинке уже стояли дома глав семейств, чьи фамилии навсегда вошли в историю этих мест.
Прадед Ивана Атмача, Иван Фёдорович, родился в Кабардинке в 1869 году – уже на новой земле, но ещё в старом укладе. Семья жила землёй: сажала виноград, сеяла пшеницу, поднимала хозяйство на раскорчёванном лесу. Со временем фамилия Атмач обзовелась русским окончанием «ев» – так появились Атмачевы.
Родовая история полна резких поворотов. В 1930-х годах дед Георгий Иванович всерьёз подумывал о возвращении в Грецию – даже сменил фамилию на Иерокопов. Но уехать не вышло: семья была слишком велика, и один из старших сыновей наотрез отказался менять фамилию и покидать родной дом. Так в одной семье оказались родные братья с разными фамилиями – и их потомки тоже разошлись по именам, оставшись едиными по крови.
Семья уцелела – сквозь революцию, репрессии и всё, что несло время. У Георгия Ивановича было девять детей, выжили шестеро: Иван, Анастасия, Антонина, Софья, Харлампий, Марья. В родовом доме и сегодня хранятся дореволюционные фотографии и семейные реликвии – тихие свидетели того, что этот род Атмачёвых прошёл через многое. Иван Иванович Атмачёв, родившийся в 1948 году, – геленджичанин в пятом поколении, почётный гражданин Геленджика, депутат, человек, который сделал много добрых дел для родного села.
Народ трудолюбивый, нетерпящий праздности и пьянства

Архивные документы свидетельствуют: за всё время от второй половины XIX века до начала XX-го между греками и русским населением не зафиксировано ни одного конфликта на национальной почве. Трения случались – но они касались хозяйства: споры о границах земли, об аренде, о повседневных бытовых вопросах. Никакой вражды на основе происхождения или веры – ни одного случая.
Местное начальство отзывалось о греках Кубанской области и Черноморской губернии тепло и уважительно. В официальных характеристиках греки описывались как люди тихие, уживчивые, хотя и вспыльчивые – но это, как поясняли чиновники, не ставилось им в вину, поскольку объяснялось условиями жизни на прежней родине. Главное: «народ трудолюбивый, нетерпящий праздности и пьянства». Нравственное состояние греков в отчётах называлось безукоризненным, а религиозность – образцовой: «о расколах и суевериях не допускают мысли».
Чаще всего греков характеризовали как «полезных для края» поселенцев. В сравнении с жителями соседних станиц они «заметно процветали в домашнем быту»: добросовестно обрабатывали землю, аккуратно платили казённые подати и вовремя исполняли общественные повинности. За несколько десятилетий греки стали одной из самых надёжных и крепких частей местного населения.
Автор Ирина Титовская
Если вы потомки геленджикских первопоселенцев, давайте вместе оживим историю Геленджика!
